Фермерское хозяйство. Продажа козьего молока Бюро переводов Санкт-Петербург Турфирма ОЛЬВИЯ Великий Новгород, ул. Чудинцева,9 тел. (8162)773-775, 55-82-29 Umka ;

Выдержки из книги "Богачи и сверхбогачи" Ф. Ландберг

31.10.2014 11:33:01
../Views/Shared/%D0%91%D0%BB%D0%BE%D0%B3%20%D0%A2%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F%D0%BD%D1%8B%20%D0%A1%D1%82%D0%B5%D0%BF%D0%B0%D0%BD%D0%B5%D1%86

Блог Татьяны Степанец

Не зли других и сам не злись, мы только гости в этом мире. И если, что не так смирись, будь поумнее, улыбнись. Ведь в жизни всё закономерно.

Сегодня каждый начинающий заниматься бизнесом человек, подобно индивидуальному потребителю, не понимает, что все возможные варианты в почти любой хозяйственной ситуации с высокой точностью рассчитаны целыми батареями электронно-вычислительных машин, а результаты этих расчетов тщательно рассмотрены многочисленным штатом в высшей степени проницательных экспертов. Вступающий в борьбу с этими электронно-вычислительными машинами и высокооплачиваемыми экспертами рядовой человек весьма напоминает шахматиста-любителя, решившегося испытать свое мастерство, играя против целой группы шахматных гроссмейстеров. Его судьба фактически предрешена уже практически с самого первого его хода.

В своих отчаянных попытках добиться общественной поддержки делу просвещения деятели народного образования любят, путая статистические данные, внушать неотесанным обывателям, что образованные люди в среднем зарабатывают больше образованных. Это правильно, когда речь идет об особо дефицитных специальностях и должностях с умеренным жалованьем в существуюущем истэмблишменте, который нуждается во все большем числе квалифицированных кадров для своей сложной деятельности. Однако утверждение это никогда не соответствовало действительности, когда дело касалось подлинно крупных богачей. Образование может оказаться серьезной помехой для того, кто пытается нажить состояние. Причина этого заключается в том, что получение образования всегда связано с опасностью появления у человека щепетильности — обстоятельство, которое подсознательно улавливают некоторые консерваторы, шельмующие школьную системы как "коммунистическую". Эта щепетильность, если её тщательно и изощренно не скрывают, — серьезный недостаток у зрелого охотника за деньгами, ибо в любой ситуации он должен уметь приспособиться. Между тем человек, которому глубоко внушили, что он должен составлять точные отчеты о тщательно проведенных лабораторных исследованиях, давать точное решение математических и логических задач, делать точные переводы с иностранных языков и овладеть правильным произношением, правильно понимать прочитанное и достоверно излагать его и иметь по крайней мере теоретическое представление обо всем многообразии окружающего нас мира, такой человек, хорошо усвоивший все эти уроки, неизбежно обнаруживает, что он даже в том случае, если его не подвергли специальной моральной обработке, является в той или иной степени человеком щепетильным. Если он решает обогатиться на мировом базаре, где приблизительная правда, небольшой обман, ловкие махинации, полуобещания и даже отъявленная ложь широко приняты и щедро вознаграждаются в повседневной жизни, ему приходится казуистически пересмотреть свои взгляды. Сам процесс трудного приспособления, даже если он приносит результаты, ставит образованного человека в невыгодное положение по сравнению с необразованным, которому не надо тратить силы на приспособление и который прибирает к рукам все, что видит вокруг, также естественно как и дышит. Некоторые образованные люди не могут даже частично приспособиться к мировому базару, свидетельством чего служат их жалкие банковские счета. Они являются неудачниками, хотя и делают что-то, например обучают детей или претворяют в жизнь законы.

Образование, по широко распространенным и вполне правильным представлениям, должно подготавливать человека к жизни. Однако, по предвзятому мнению обывателей, оно готовит вовсе не к жизни. Педагоги так часто и многословно разъясняли, что собой представляет образование, не разрушив при этом сложившегося у людей представления, будто оно заключается в профессиональной подготовке, взяться вновь за разъяснения значило бы нанизывать слова на слова. Короче говоря, образование призвано сделать человека гуманным, и достижение этого можно считать успехом. Идея образования заключается в том, чтобы возвысить человека над животным или по крайней мере сильно ограничить в нем черты животного. Если такой человек добивается в финансовом отношении успехов выше средних, это может быть следствием признания его достоинств. Но тысячи высокообразованных людей так и не оказались в глазах своих современников достойными жить в сносных материальных условиях. Т.С.Элиот, окончивший Гарвардский университет, крупнейший из писавших на английском языке поэтов первой половины XX века, вынужден был добывать средства к существованию, работая кассиром в банке, а позднее — корректором в издательстве. С финансовой точки зрения Элиот как поэт, кассир или корректор стоит ничтожно мало. Тем не менее вполне возможно, что благодарные читатели будут читать его еще долго после того, как любая существующая ныне американская корпорация или банк, а следовательно, и память о них не исчезнут.

Говоря по правде, образование не имеет никакого отношения к сколачиванию состояния, разве что оно является препятствием на пути к этому. Педагоги, превознося материальные выгоды образования, совершают благожелательные обман, стремясь заставить людей с деревенским мировоззрением поддерживать школы и, быть может, возвысить их над животными. Люди, имеющие профессиональную подготовку, подчас хотят получить подлинное образование.

Нет никаких фактов, свидетельствующих о том, что хотя бы один из бизнесменов с высшим образованием, за исключением лишь группы инженеров из "Дженерал моторз", когда-либо воспользовался знаниями, полученными в колледже. Ни в делах, ни в высказываниях как Гетти, так и Кеннеди почти не чувствуется влияния Оксфордского или Гарвардского университетов. Каждый из них вполне бы мог, вроде Рэскоба, окончить коммерческий колледж. В Гарвардском университете никогда не одобрялись ни биржевые пулы, ни нормы поведения, принятые в таких пулах. Все это было совершенно чуждо учебной программе университета.

Все бизнесмены из «Дженерал моторз» были техническими специалистами и применяли свои знания исключительно в целях умножения богатства, а вовсе не для создания самых совершенных легковых автомобилей. Дональдсону Брауну, женившегося на дочери Дюпона, в мемуарах Альфреда П. Слоуна-младшего приписывается честь изобретения утонченного метода определения нормы прибыли от инвестиций в дочерних компаниях, — метода, взятого на вооружение также и Дюпоном.

Большинство лиц, вошедших в перечень журнала «Форчун», так же как и в перечень Стюарта Олпсона, были никудышными, и на это обстоятельство Олсоп обращает внимание. Мало кто из них мог бы приспособиться к связанной определенными рамками должности, исключение представляют лишь управляющие из «Дженерал моторз». Что касается службы, то все они были людьми, плохо приспособленными и неорганизованными. Даже во время кратких периодов работы по найму, которую некоторые из них испробовали в начале своей карьеры, они метались, как беспокойные пантеры, ища случая вырваться из неволи и броситься в заросли. Если не считать людей из «Дженерал моторз», привыкших работать сообща, почти все остальные упомянутые бизнесмены были одиночками. Большинство из них так и остались одиночками, необщительными отщепенцами. Исключения можно было бы найти среди техасских нефтепромышленников, хотя Хант и являет собой яркий пример одиночки.

Олсоп обнаружил и другие особенности у лиц, которых он интервьюировал, свойственные, за некоторым исключением, бизнесменам, вошедшим в перечень журнала «Форчун». Никто из них не играл в гольф, который считается игрой бизнесменов. Во время интервью все вели себя беспокойно: вскакивали, расхаживали взад и вперед, почесывались, хрустели пальцами, беспрерывно курили, вертели что-нибудь в руках, подергивались; вся эта нервозность могла быть вызвана интервью. Олсоп считает ее их общей характерной чертой.

Те из них, кому пришлось служить в армии, как правило, плохо соблюдали военную дисциплину, не могли к ней приспособиться. Военная служба не коснулась многих вследствие каких-то, быть может общих для них, отклонений. Сколачивание капитала и военная служба, очевидно, несовместимы.


Google+